Два солнца

Два солнца
О книге

Книга посвящена истории двух семей – русской и еврейской, охватывает период с конца Гражданской войны до 70-х годов ХХ века. Главные герои проходят голод, репрессии, Великую Отечественную войну, послевоенные трудности, оттепель, брежневскую эпоху… Это историческая сага об их повседневной жизни, встречах и разлуках, стойкости и героизме: люди не разучились любить и ценить друг друга, несмотря на тяжелые испытания.

Семьи, такие непохожие с первого взгляда, с разными устоями и традициями, объединяют общие беды и радости, которые диктует одно и то же непростое время. Герои книги в начале не знакомы друг с другом, но на рубеже 70-х годов их судьбы пересекаются…

Читатель побывает в разное время и в разных местах – в небе и на земле, на солнечной Полтавщине и в торговом Геническе, в Киеве и Харькове, в Москве и Ленинграде, в Ярославле и Горьком, поездит по просторам Сибири и Средней Азии, познакомится с бытом московской коммуналки, украинской деревни, разведывательно-изыскательской партии… Множество людей, и «красных», и «белых», и нейтральных, встретятся на жизненном пути героям книги – и оставят в их душах неизгладимый след.

Книга написана на основе реальных событий, а ее персонажи имеют реальных исторических прототипов.

Читать Два солнца онлайн беплатно


Шрифт
Интервал

© Наринский Д., 2022

Будем как Солнце! Забудем о том,
Кто нас ведет по пути золотому,
Будем лишь помнить, что вечно к иному,
К новому, к сильному, к доброму, к злому,
Ярко стремимся мы в сне золотом.
Будем молиться всегда неземному,
В нашем хотеньи земном!
К. Бальмонт
Солнцем сердце зажжено.
Солнце – к вечному стремительность.
Солнце – вечное окно
в золотую ослепительность.
В сердце бедном много зла
сожжено и перемолото.
Наши души – зеркала,
отражающие золото.
А. Белый

Часть I

Бурные годы

Глава 1

Возвращение на Полтавщину

«Неужели это все? Неужели навсегда?» – Миловидная темноволосая девушка не могла оторвать взгляд от окна. Впервые в жизни поездка ощущалась как трагедия.

Исчезли за поворотом уже слегка подернутые зеленой дымкой знаменитые киевские холмы с золотыми вкраплениями куполов. Прощай, Крещатик, уютные кондитерские и книжные магазины! Прощайте, студенческие диспуты и концерты заезжих знаменитостей! Конец мечтам и надеждам…

Почему-то вспомнились поездки на фуникулере любимого 15-го маршрута по склону Владимирской горки… А затем – как из электрического вагончика (рядом со строениями Михайловского Златоверхого монастыря) открывается чудесный вид на живописные склоны и простирающийся внизу Подол.

Впереди девушку ждали унылые сельские будни. Но разве об этом мечтала юная Ольга, поступив в Высший институт народного образования (а это как-никак бывшие Императорский университет святого Владимира и Высшие женские курсы, вместе взятые)!

Вырвавшись из захолустья в большой город, она сразу почувствовала себя здесь своей. Киев, хотя и не отошел окончательно от бурных событий последнего десятилетия, снова расцвел. Жизнь бурлила и кипела: литературные объединения, театральные и танцевальные студии, кино и цирк – и все, разумеется, новаторское, экспериментальное. Казалось, город заполонила молодежь, готовая изменить этот мир, вычистив и вычеркнув всю грязь и черноту безумных и страшных послереволюционных лет. Убогий быт, неустроенность, жизнь впроголодь – какое это имело значение? Впереди – новая жизнь и радужные перспективы!

Полная надежд отправлялась семнадцатилетняя Оля в заветный Киев, даже не подозревая, насколько тернистым окажется путь к знаниям. Но ведь, в сущности, ничего особенно страшного с ней не случилось: время такое, всем тяжело.

И вдруг – отчисление! Вдруг всплыло, что ее старший братец Иван Гурко был юнкером Киевского пехотного военного училища великого князя Константина Константиновича (которое закончил, кстати, и небезызвестный белогвардеец, генерал Деникин). Иван записался в Добровольческую армию, защищал Перекоп от атак красной конницы, но больше родные о нем ничего не знали.

Но как об этом проведали в институте? Сама Оля никогда не интересовалась политикой. Видела она, однако, многое: и когда на маленьком вокзальчике флаги менялись чуть не каждый день, и когда приходилось прятаться в погреб то от обстрелов, то от опьяненных сторонников очередных «властей», и когда мать, такая крепкая казачка, в считанные дни сгорела от тифа.

А партии, течения, войны, революции – настолько все запутанно… Так думала девушка. Но оказалось, что для других это важно и даже имеет решающее значение, а в институтах действуют спецкомиссии, и выявляют они студентов с неподобающей семейной историей или классово чуждыми взглядами. «Классово чуждыми! Интересно, самим им голодать приходилось?»

Спасибо, хоть направление на работу дали. Хоть в этом помогло «правильное» рабоче-крестьянское происхождение!

И вот – почти возвращение на родину. Полтавская губерния, Лубенский уезд, село Лазорки. Ольга подъезжала к небольшой станции, а перед взором проносились картины детства…

* * *

Теперь она оказалась в старинном казачьем селе на высоком берегу речки Слепород. А школа-то – всего-навсего два глиняных дома, по сути – мазанки, для младших и старших учеников. Директор, очень пожилой добродушный «дядька», встретил по-отечески тепло: «Располагайся, дочка. Считай, что ты дома». Местные смотрели сперва немного настороженно (как всегда в селе на чужаков), но в целом дружелюбно: учителя начальной школы ждали давно. И поэтому следовало настроить себя только на одно – на работу…

Конечно, поначалу ее, не стесняясь, в открытую рассматривали и обсуждали. Ольга была к этому готова, держалась ровно и приветливо, но с достоинством. Судя по приветливым взглядам, общество новенькую одобрило.

Особая благосклонность читалась на лице невысокого крепкого парня. Сразу по приезде Ольга не обращала внимания на местных парубков, но этот уж слишком часто появлялся возле школы. Настолько часто, что однажды, столкнувшись с ним у ворот, учительница не выдержала и спросила:

– Не поздновато ли для первого класса?

– В школе я вообще-то отучился, Ольга Сергеевна, – парень совершенно не смутился.

– И чем же теперь занимаетесь? – А сама подумала: «Ничего, даже разговаривает грамотно».

– Мельница у отца, там и тружусь.

Звали наследника «мукомольной династии» Антоном. Проводив Ольгу до дома, он замешкался у калитки, уже было попрощался, а потом вдруг решился:

– Танцы по субботам. Приходи к нам в клуб.

Ольга опешила: вот уж чего никак не ожидала.



Вам будет интересно